Александр Дмитриев
В этом году исполнилось 105 лет со дня рождения Анатолия Владимировича Смольянникова (1914–2000) – советского патологоанатома, профессора, доктора медицинских наук, академика РАМН, полковника медицинской службы в отставке, кавалера двух орденов Красной Звезды. Он был крупным учёным, талантливым педагогом, а ещё – увлечённым коллекционером предметов искусства.

А.В. Смольянников родился в январе 1914 г. в семье земского врача. Продолжая семейную традицию, поступил в Ростовский медицинский институт, а по его окончании остался в аспирантуре на кафедре патологической анатомии, возглавлявшейся профессором Ш.И. Криницким. Учебу и работу в институте Смольянников совмещал с прозекторской деятельностью в Ростовской центральной городской больнице. В 1937 г. его командировали в Москву, в лабораторию общей патологии нервной системы, руководимую профессором П.Е. Снесаревым. Молодой учёный посещал заседания Московского общества патологоанатомов, слушал выступления корифеев отечественной патологической анатомии - А.И. Абрикосова, И.В. Давыдовского, В.Т. Талалаева, М.А. Скворцова, А.В. Русакова, Ю.М. Лазовского.

Учёный, педагог, общественный деятель

В июле 1939 г. Смольянников защитил кандидатскую диссертацию на тему «Патологическая анатомия и патогистология абсцессов головного мозга», а через несколько месяцев началась советская агрессия против финнов, и он оказался на фронте. После поражения Финляндии молодого военврача 3 ранга (соответствует званию капитана) перевели в Куйбышевскую военно-медицинскую академию на должность ассистента кафедры патологической анатомии, которой руководил профессор А.Н. Чистович. Здесь Анатолия Владимировича застала Великая Отечественная война.
Осенью 1942 г. при Главном военно-санитарном управлении Красной Армии создаётся Центральная патологоанатомическая лаборатории (ЦПАЛ) под руководством главного патологоанатома Красной Армии, профессора М.Ф. Глазунова (к слову - дяди известного русского художника И.С. Глазунова). Смольянников стал инспектором лаборатории, а с 1950 г. по 1962 г. возглавлял её вплоть до увольнения из армии. Одновременно Смольянников руководил патологоанатомическим отделением Московского НИИ скорой помощи им. Н.В. Склифосовского. После демобилизации Анатолий Владимирович заведовал кафедрой патологической анатомии Центрального института усовершенствования врачей (ныне - Российская медицинская академия последипломного образования), а с 1980 г. стал консультантом той же кафедры и руководителем патологоанатомического отделения Центральной клинической больницы Минздрава РСФСР. В 1967 г. Смольянникова избрали членом-корреспондентом, а в 1975 г. - академиком АМН СССР. Годом ранее его удостоили звания заслуженного деятеля науки РСФСР.
Диапазон научных интересов Смольянникова был весьма широк. Его труды посвящены патологии боевой травмы, ишемической болезни сердца, вопросам онкологии и т.д. Занимаясь изучением патологической анатомии огнестрельного остеомиелита, Смольянников изучил и описал динамику морфологических изменений в гноящейся костной ране, обосновал концепцию о биологической целесообразности демаркационно-нагноительного процесса как компонента вторичного очищения костной раны. Особое внимание учёный уделил изучению патологической анатомии и патогенеза анаэробной инфекции. Смольянников обобщил и структурировал материалы о причинах смерти раненых во время Великой Отечественной войны.
Шефствуя над патологоанатомическим отделением Московской городской клинической больницы им. С.П. Боткина, Смольянников проводил там еженедельные морфологические конференции с врачами-патологоанатомами многих лечебных учреждений столицы, председательствовал на общебольничных клинико-анатомических конференциях, семинарах патологоанатомов и др. Много времени и труда уделял воспитанию молодых учёных: под его руководством подготовлено и защищено 10 докторских и 25 кандидатских диссертаций.
Помимо научной и практической работы, Смольянников находил время и для общественной деятельности: он занимал пост председателя Московского и заместителя председателя Всесоюзного обществ патологоанатомов, был заместителем главного редактора журнала «Архив патологии», заместителем академика-секретаря Отделения медико-биологических наук РАМН. Перу учёного принадлежат около 200 научных работ и монографий.

Коллекционер-консерватор

Известный коллекционер В.А. Дудаков, хорошо знавший Смольянникова, утверждает, что собирательством Анатолий Владимирович занялся с 1953 г. после перенесённого инфаркта. Вкус его был весьма консервативен: предпочитал, как пошучивали коллекционеры, «врачебно-академический набор» - картины «передвижников», Б. Кустодиева, К. Коровина, М. Нестерова, К. Юона. Впрочем, не чурался Смольянников символистов (художников из творческого объединения «Голубая роза») и даже авангардистов из «Бубнового валета». На почётных местах в коллекции учёного висели эскизы и этюды В. Серова и В. Борисова-Мусатова, акварели М. Врубеля. Каждое полотно Смольянников стремился «облачить» в красивую рамку или паспарту, которые делал своими руками. Благодаря этому картины в его доме смотрелись особенно выигрышно, обретая непередаваемый шарм. Но стоило им после обмена оказаться в другой коллекции - полотна непостижимым образом этот шарм утрачивали.
Смольянников, по воспоминаниям коллег-собирателей, неплохо разбирался в живописи, но, тем не менее, нередко напарывался на «фальшаки». В таких ситуациях академик стремился «сплавить» их другим, менее искушённым ценителям прекрасного. Порой это приводило к серьёзным скандалам, но на попятный Анатолий Владимирович никогда не шёл, подавляя оппонента своим академическим авторитетом.
Он редко отваживался на приобретение очень ценной «вещи», был весьма прижимист и торговался поистине самозабвенно. Будучи человеком настроения, легко переходил от безудержного веселья к чёрной меланхолии. Во многом резкие перепады настроения объяснялись чрезмерным увлечением академика крепкими напитками, что не было тайной для тех, кто хорошо его знал. Если обмен картинами происходил во время вечернего застолья, то на следующее утро можно было ожидать звонка протрезвевшего коллекционера с требованием возврата «вещи». По неписаной этике коллекционной «тусовки» подобные возвращения после сделки категорически не одобрялись, поэтому многие собиратели старались не иметь дело с беспокойным и непредсказуемым учёным.
Тем не менее, по воспоминаниям В.А. Дудакова, Смольянников «любил живопись неглубокой, но верной любовью и к коллекционированию относился, как к особой «службе» со своим распорядком, традициями, правилами. Правила эти были не всегда честны, традиции не из лучших, но так они были преподаны стариками (старыми коллекционерами – А.Д.), и так их продолжение понимал А.В. Смольянников – последний крупный академик-собиратель».